Horsik



Каталог статей
Главная | Регистрация | Вход

Главная » Статьи » Литература.

Разговор с лошадью. Генри Блэйк. Глава-2

ГЛАВА 2

ЛОШАДИ В ИСТОРИИ – УНИКАЛЬНАЯ ВЗАИМОСВЯЗЬ ЧЕЛОВЕКА И ЛОШАДИ

 

     Основы общения с лошадьми крайне просты, в этом нет ничего сверхчеловеческого. Лошадь можно легко научить общаться с человеком и понимать человека. Если сидя верхом вы натягиваете поводья, лошадь остановится. Она приучена останавливаться, ощущая давление трензеля. Дотронувшись до боков лошади шенкелем, вы вышлете ее вперед. С помощью повода вы можете повернуть лошадь налево или направо. Вы очень быстро можете научить лошадь всему, что она физически в состоянии сделать. Это называется общением, потому что человек общается с лошадью на языке, который они оба понимают, на языке знаков, которому человек обучил лошадь.

     Но лошади общаются и друг с другом. Именно это общение я задался целью понять. Более 20 лет я посвятил изучению языка, с помощью которого лошади общаются как в своей среде, так и с людьми тоже. Я всегда был убежден в том, что между человеком и лошадью существует общение на более глубинном уровне, чем простое давление шенкеля или повода. Но сначала, до того, как начать собственное исследование, мне нужно было ознакомиться с тем, что уже было известно.

     Мне было лет 14-15, когда я впервые стал задумываться над тем, почему люди ездят верхом на лошадях, а не на коровах, овцах или свиньях. Я немножко поэкспериментировал. Я пытался ездить верхом на телках и свиньях, которые жили на ферме. Оказавшись сброшенным бессчетное количество раз, я пришел к заключению, что эти животные не расположены сотрудничать с человеком так, как лошадь. Такой вывод породил новый вопрос: почему лошади разрешают ездить на них верхом, а другие животные – нет? Я был уверен, что лошадь более интеллектуальное животное, чем та же корова или свинья. Это превосходство было таким же очевидным, как и превосходство лошадей в силе. Несмотря на то, что коровы гораздо послушнее, чем лошади, ими легче управлять, они гораздо более покладистые, к тому же, за ними намного безопаснее ухаживать, а вот ездить верхом на них нельзя. Отнюдь не инстинкт и не чувство самосохранения заставляет телку сбрасывать наездника, так как лошадь и корова являются потенциальными жертвами одних и тех же хищников. Могу только предположить, что между лошадью и человеком всегда существовала какая-то уникальная взаимосвязь, особое родство, которые отсутствуют в отношениях с другими животными, за исключением, может быть, собаки. Почему это так, я тогда не знал, но со временем понял, читая книги и приобретая собственный опыт.

     Из книг я узнал, что доисторический человек изображал лошадь как предмет охоты, как пищу; позднее лошадь стали изображать как верховое животное для охоты и сражений. Лошадей запечатлели в гробницах фараонов, воспели в греческой мифологии. Греческие скульпторы ваяли лошадей на великолепных фризах. Великий греческий военачальник Ксенофон сказал: "Лошадь следует учить не жестокостью, а добротой". Александр Великий смог завоевать половину мира в большой степени благодаря своей прекрасной коннице. Он же был первым, кто понял истинную значимость скрещивания арабских лошадей с горячей кровью и холоднокровных европейских лошадей. Его особые взаимоотношения с собственной верховой лошадью подтверждаются тем фактом, что Буцефал – это первая лошадь, чье имя попало в исторические хроники. Великий миф о кентаврах, полулюдях – полулошадях, основан на записях путешественников о монгольском племени Хсиунг-ну, в более позднее время известном как племя гуннов под предводительством Аттилы, который разрушил Римскую Империю. Племя воинов и скотоводов Хсиунг-ну вело кочевой образ жизни. Оно контролировало центральную и восточно-европейскую равнины. Их стада паслись на лугах, простирающихся от Венгрии до Манчжурии и Великой Китайской стены. Всегда озабоченные добыванием пищи, зиму кочевники проводили под защитой гор, а весной начинали движение на север и восток в поисках обильного подножного корма для скота. Они воевали со всеми, даже с другими племенами их собственной расы, и, конечно же, воевали против северного цивилизованного мира. Об этих кочевниках принято говорить, что они рождались на спине лошади и ездить верхом умели прежде, чем ходить. Лошади присутствовали в жизни этих людей постоянно: они предпочитали не делать по земле более двух-трех шагов, а о полете еще не мечтали. Как было не возникнуть мифу о расе полулюдей – полулошадей! К концу 2 века до н.э. племя Хсиунг-ну управляло большой частью населенного мира. Император Китая Ву-ти до такой степени боялся их вторжения, что создал довольно грозную кавалерию, а талантливому военачальнику Хоку-Пинг около 142 г. до н.э. удалось расколоть основные силы Хсиунг-ну, но даже тогда китайская кавалерия оказалась слабее. Тогда император Ву-ти направил армию численностью в три тысячи человек за три тысячи миль в Западный Афганистан, чтобы заполучить высокопородных лошадей. Вся армия погибла в пути. Это не обескуражило Ву-ти, и он отправил в путь вторую армию. Большая часть этой армии сумела дойти до Афганистана и вернулась с тридцатью породистыми лошадьми. Безусловно, они были арабской породы, о них писали, что они в состоянии пройти 300 миль в день, после чего на шкуре у лошадей выступал кровавый пот. Несомненно, это были потомки арабских лошадей, которых войска Александра Великого перегнали к востоку.

     Успех Юлия Цезаря, установившего римский порядок на большей части Европы, без сомнения в немалой степени обусловлен его блестящим талантом кавалерийского генерала. Он и его лошадь были неразлучны. Император Калигула настолько ценил своего коня Инцитатуса, что сделал его сенатором, аргументируя это тем, что его конь более мудр и предан, чем любой из членов сената. Римская Империя просуществовала 500 лет, пока кавалерийская мощь гуннской армии, завоевавшей к тому времени весь север, окончательно не сокрушила Рим в 408 году н.э.

     В более позднее время те же монгольские племена конных кочевников вновь появились вместе с ордами Чингисхана. Эти кочевники, как говорится, рождались, женились и умирали в седлах. Однажды воины Чингисхана завоевали город, верхом на лошадях взобравшись на скалу, которую, как думали осажденные, невозможно осилить и пешему человеку.

     Главная идея этого исторического экскурса – невероятная взаимосвязь человека и лошади. В более позднее время закованные в броню норманнские рыцари и сказочная оттоманская кавалерия предпринимали попытки завоевания мира. В каждом из этих случаев ключом к победе оказывалось использование лошади: эти древние армии состояли из всадников, которые знали способы общения с лошадьми.

     Рассказывают историю об арабском военачальнике по имени Джабал, который был обладателем самой быстрой в мире лошади. Хассад паша, впоследствии ставший правителем Дамаска, пожелал купить кобылу и сделал Джабалу несколько весьма соблазнительных предложений, от которых тот твердо отказался. Паша пригрозил непокорному, но с тем же результатом. В конце концов, паша нанял некоего Джафара, бедуина из соседнего племени, чтобы тот похитил кобылу, обещая в награду полную лошадиную торбу золота. До Джабала дошли слухи об этой сделке, и он удвоил бдительность, а для безусловной сохранности лошади на ночь закреплял у нее на заднем путе цепь, которая была прикована под кроватью Джабала. Но однажды ночью Джафар бесшумно проник в шатер и сумел открепить цепь. Перед тем, как скрыться вместе с кобылой, он поднял пику Джабала и, ударив хозяина тупым концом, вскричал: "Я Джафар! Я украл твою благородную кобылу, о чем и предупреждаю тебя!" Такое предупреждение было традиционным для жителей пустыни, так как ограбление человека из соседнего племени считалось делом благородным, а Джафар жаждал славы. Джабал, услышав эти слова, выскочил из шатра, поднял тревогу, вскочил на лошадь своего брата и в сопровождении соплеменников ринулся в погоню за вором. Преследование длилось четыре часа. Лошадь, принадлежащая брату, была той же породы, что и лошадь Джабала, но не была столь же резвой. Тем не менее, она на галопе вырвалась вперед других преследователей, и уже почти достала похитителя, когда Джабал крикнул преследуемому: "Ущипни ее правое ухо и тронь бока каблуками!". Джафар так и сделал, молнией улетев от преследователей. Джабал раскрыл вору секретные знаки, которыми он побуждал кобылу увеличить скорость. Соплеменники Джабала были удивлены и возмущены таким странным его поведением. "Ты - сын шакала! Ты сам помог вору обокрасть тебя!" Он же им ответил так: "Мне легче потерять эту лошадь, чем повредить ее славе. Вы хотели бы, чтобы я страдал, слыша, как люди говорят, что какая-то другая кобыла оказалась быстрее моей? Мне будет лучше, если я буду знать, что никто не смог победить ее". Это прелестная легенда. Но самое главное в ней то, что до тех пор, пока не был применен правильный способ общения, кобыла не знала, что ей делать. Как только была дана правильная команда, она успокоилась и понеслась быстрее ветра.

     В Америке тоже существует бесконечное множество историй о лошадях, но только могикане, племя американских индейцев, всерьез изучали лошадей и старались их понять. Они не пытались вскочить в седло и мчатся на незаезженной лошади до тех пор, пока она не покорится, что сломило бы ее дух. Они проводили бок о бок с лошадью много дней, ухаживали за ней, разговаривали, кормили, очень аккуратно и неназойливо садясь ей на спину. Они часами приучали спину лошади к одеялу, в конце концов, лошадь понимала, чего от нее хотят, и у могикан не возникало проблем с ездой верхом.

     За последнее столетие мы не раз слышали о людях, которые снискали себе славу укротителей лошадей. В Америке это был Рири, в Австралии – Калвин, в Ирландии – Дан Салливан Шепчущий, Палмер и позднее капитан Хейс. Историям о них имя – легион, но во всех красной линией проходит общая черта: умение героя контролировать лошадь, доминировать над ней, независимо от сложности характера лошади и степени ее прирученности. Методы их различались. Рири для обучения лошади использовал сложную конструкцию из веревок. Калвин использовал, как он говорил, "гуманный рывок". Некоторые, как, например, Палмер, использовали "смиряющие масла". Существовало множество рецептов изготовления таких масел. Например, одно из них включало пудру, изготовленную из копытного рога лошади. Такую пудру надо было вдувать в ноздри лошади. Иногда использовалось масло розового дерева, масло болотной мяты, а некоторые использовали собственный пот, собранный из подмышек. У всех этих техник есть одно общее достоинство: они придавали уверенности человеку, который работал с трудной лошадью.

     Но самым выдающимся среди укротителей лошадей прошлого был, пожалуй, Салливан – Шепчущий Лошадям: он использовал только собственные возможности. Он входил в денники к лошадям, за которыми закрепилась слава убийц, отчаянно брыкливых, агрессивных. Он входил в денник и закрывал за собой дверь. Примерно через час он открывал дверь и выводил абсолютно спокойную лошадь в недоуздке. У Шепчущего никогда не было учеников, даже собственным сыновьям он не передал своего мастерства. Он столь ревностно относился к своему дару, что даже его священник на исповеди не услышал этого секрета. Сыновья Салливана любили похвалиться историей о том, как Его Преподобие повстречался с Шепчущим на дороге в Маллоу и обвинил его в пособничестве дьяволу. Шепчущий сделал так, что лошадь святого отца понесла и бежала несколько миль, пока тот в отчаянии не пообещал оставить Салливана в покое вместе с его секретом. Только один из сыновей Салливана занимался искусством укрощения лошадей, но и он не обладал всей полнотой знаний, остальные два даже и не пытались пойти по стопам отца.

     Лично мне Шепчущий наиболее интересен, потому что я тоже знаю, как обращаться с трудными лошадьми; я пытаюсь понять, имеет ли его дар что-то общее с моим. Я все же думаю, что для усмирения лошади он использовал систему, схожую с нашей. Уверен, что он, поглаживая лошадь, имитировал движения кобылы, когда она вылизывает своего жеребенка. Лошадь, почувствовав знакомые "знаки", расслаблялась. Тихий голос Салливана вкупе с протяжным ирландским говором также действовал успокаивающе. Так он общался с лошадью до тех пор, пока она не позволяла ему дотронуться до себя обеими руками и продолжить успокоительную процедуру. Таким образом он устанавливал узы взаимопонимания между собой и лошадью.

     Палмер, английский укротитель лошадей, использовал успокаивающее масло, которое наливал себе на ладонь, а потом подносил ладонь к носу лошади, и вдувал запах масла ей в ноздри, после чего лошадь моментально становилась покорной. Барбара Вудхаус считает, что эта практика пришла примерно в середине прошлого столетия из Южной Америки, правда, там не использовалось масло. В таких действиях нет ничего необычного. Когда встречаются две лошади, они выдыхают воздух через ноздри – громко или тихо, в зависимости от настроения. Если лошади настроены друг к другу враждебно, они при обнюхивании издают ноздрями характерный громкий звук; в то же время кобыла, обнюхивающая своего жеребенка, делает это так тихо, что ее дыхание можно с трудом различить. Когда Палмер дул в ноздри лошади, он посылал ей сообщение: "Я друг, я не обижу тебя". Если вы решите повторить это, то потом вам следует положить ладонь на лошадь, продолжив физический контакт. Эти знаки лошади понятны, потому что когда лошади испуганы, они прижимаются друг к другу, чтобы почувствовать физический контакт. Это тот же принцип, который использовали американские могикане. Они также входили в физический контакт с лошадью, и как только такой контакт был установлен, лошадь начинала понимать человека, потому что он использовал те же знаки, что и лошади в общении с себе подобными. Теперь должно стать ясным, что все эти методы имеют общий принцип: они основаны на знаках, которые используются лошадьми для общения между собой, т.е. вместо "иностранных" сигналов и звуков, используются сигналы и звуки, которые лошади понимают.

     Методы капитана Хораса Хейса настолько широко известны, что нет необходимости подробно на них останавливаться. Но что интересно, ученик капитана Хейса, капитан Уорд Джэксон, во время первой мировой войны в Индии командовал соединением, где служил мой отец. Мой отец был учеником Уорда Джэксона, и тот обучил его методам Хейса, а отец, в свою очередь, обучил меня. Может быть, поэтому Хорас Хейс был всегда мне очень близок. Я знаю одну интересную историю о нем, которая, по-моему, еще малоизвестна. Как-то во время общего обеда, за которым все попробовали вкусного хорошего вина, отчего изрядно разгорячились, произошел интересный спор. У одного полковника была лошадь, с которой никто не мог справиться. Хейс купил эту лошадь и поспорил с бывшим хозяином на 500 рупий, что будет на этой лошади участвовать в параде, который должен был состояться на следующий день. Хорас Хейс немедленно покинул обед, и всю ночь работал с лошадью. На следующее утро Хейс выехал на парад на той самой лошади, и она держалась под ним изумительно. Полковник, который понял, что придется расстаться с пятьюстами рупий, скомандовал своему полку открыть беспорядочную стрельбу в воздух. Всех лошадей вместе со всадниками как ветром сдуло и они исчезли за горизонтом. Но только не капитан Хейс. Его лошадь стояла как скала – непоколебимая и спокойная. Как только был восстановлен порядок, Хейс вынул ноги из стремян и закурил трубку. Он сам был настолько спокоен, что его лошадь просто не обратила внимания на винтовочные выстрелы. Другие же офицеры испугались, ожидая, что их лошади могут понести, поэтому они сбили лошадей в кучу, что испугало их гораздо больше, чем ружейные выстрелы. Эта история как бы подводит итог, показывая, какую огромную власть получает человек над лошадью, контролируя ее как ментально, так и физически.

     Все, что здесь говорится о контроле и понимании, применимо не только к лошадям, это – основа великого искусства общения с животными, находящимися на вашем попечении. Вспоминается один случай, который произошел, когда мне было лет 12. Однажды утром я каким-то чудом оказался в коровнике раньше скотника Леса (это был единственный раз, когда я поднялся раньше Леса). Помню, как он открыл дверь, и еще только войдя в коровник, произнес: "Что там случилось с Прайди?" С того места он не мог видеть Прайди, но когда он прошел по проходу к дальнему стойлу, оказалось, что Прайди лежит из-за сильного мастита. Между Лесом и коровами были те же узы, что и у меня с лошадьми. Такое же взаимопонимание на уровне интуиции может возникнуть у пастуха с овцами. Я слышал, как один пастух рассказывал, что во время окота он может посреди ночи проснуться по непонятной причине и пойти к овцам, и, как говорил он сам: "Считанные разы просыпался зазря". Всегда случалось что-то, требовавшее его вмешательства.

     За последние 20 лет общению с животными придают все большее значение. Как раз около 20 лет назад Россия первой начала серьезные исследования в этой области, а не так давно интерес проявила и Америка. Правда, создается впечатление, что русские идут по ложному пути. Они взяли за основу наблюдения за собаками и крысами; и что, с моей точки зрения, ведет их по неправильному пути, это то, что у крыс существует некоторое количество сигналов с определенным значением, которые нетрудно распознать. В связи с этим исследователи стали пытаться моделировать другие знаки и звуки, а также знаки, которыми пользуются другие животные. Например, у крыс существует определенный сигнал о физической боли и другой сигнал об опасности. Оба эти сигналы голосовые, рассчитанные на удаленную слышимость. Также у крыс есть ультразвуковой писк, который они издают при встрече с другой крысой. Такой писк указывает на иерархическое положение крысы. У собак также существует набор звуков, имеющих определенное значение. Однако, изучение таких звуков в отрыве от других форм общения, может только завести в тупик. Такие звуки являются лишь частью системы общения животных. Американцы проделали замечательную работу, но тоже концентрировали свое внимание на звуках. Они проводили работу с дельфинами, у которых звук является основной формой общения, так как зачастую дельфины общаются, не видя друг друга. Вообще у дельфинов существует развитый вокальный язык, который отсутствует у подавляющего большинства животных. Эта ошибка в исследованиях, когда ученые пытались создать звуковые модели, появилась из-за предположения, что модели человеческого поведения и модели поведения животных сходны. Приводился аргумент такого рода: если человек какой-то национальности использует определенный язык, то человек вообще также использует этот язык. Но ведь это не так! Человечество в целом использует несколько языков. Также существовала ложная предпосылка о том, что человек общается только с помощью звуков. И это снова не правильно. Человек использует не только звуки, чтобы передать какие-то значения; используются знаки, мимика (которая сама по себе состоит из знаков). Вот эти неправильные посылки стали причиной того, что изучалась только часть языка животных – т.е. звуки и знаки, - а разве можно понять язык, если изучил только часть его.

     Как мы покажем дальше, нельзя провести прямую аналогию между моделью человеческого поведения при общении и формами общения животных. Даже формы общения разных видов животных отличаются друг от друга. Недопустимо делать вывод, что форма общения, используемая одним видом аналогична форме общения, используемой совершенно другим видом. К счастью, небольшие исследования общения животных, проведенные в нашей стране, были проведены в неразрывной связи с исследованием поведения животных. Это значит, что наши исследования шли путем, отличным от того, который применялся в России и Америке. Доктор Марта Кайли проводила исследования крупного рогатого скота; в Ливерпульском университете Миик и Юбанк также провели некоторые исследования. В том же ключе в Африке была проделана прекрасная работа с шимпанзе и человекообразными обезьянами. Правда, практическая польза от этих исследований общения животных очень мала. С другой стороны, американцы использовали результаты своих исследований для обучения дельфинов в военных целях и частично – для киносъемок. Фильм "День Дельфина" является прекрасным примером того, как могут быть использованы результаты изучения способов общения животных. Для этого фильма тренер Питер Мосс поймал шесть дельфинов возле побережья Флориды. Он заметил сложившиеся между главным героем фильма Джорджем Скоттом, директором картины Майком Николсом и дельфинами отношения, которые были чем-то бо́льшим, чем просто взаимоотношения человек – животное. Эти взаимоотношения были таковы, что один из людей, ухаживавших за дельфинами, настаивал на том, что дельфины "самовыражались", что они реально играли свои роли. Сам Николс говорил, что относится к дельфинам как к настоящим актерам. Были дни, когда он любил их, а порой ненавидел. Так как вся жизнь дельфинов состоит из игры, то их любимой забавой стала перестановка подводного освещения, использовавшегося для съемок, что порой приводило к срыву работы всей съемочной группы. Николс порой впадал в ярость, когда они отказывались делать что-то, что делать точно умели; через две минуты дельфины подплывали к нему, терлись животиками о его ноги, покусывали пальцы, словно говоря: "Да ладно, не сердись". Однажды Николс сидел возле бассейна, читая сценарий сцены, которую должны были снимать на следующий день, и одной рукой рассеянно почесывал язык дельфина, игравшего роль лидера стаи. Самца звали Бак. Бак лежал в воде, положив голову на край бассейна и широко открыв рот. Вдруг Николс посмотрел на Бака и понял, что тот готов к съемкам. Словно по знаку режиссера дельфин подплыл к мальчику, с которым снимался в этой сцене, поднырнул ему под руку и поплыл вместе с ним через открывающиеся створы. Дельфин так рассчитал время, что актер оказался в нужном месте как раз ко времени, когда он должен был произнести свои реплики. Актер и дельфин десять раз повторили эту сцену, но каждый раз подводил солнечный свет. После одиннадцатой попытки Бак, который не допустил ни одной ошибки во время всех повторов, почти наполовину высунулся из воды, издавая звуки, напоминающие крики болельщиков на трибунах, потом резко развернулся и уплыл. "Этого я и боялся", – сказал Мосс, - "ему это наскучило…"

     У Питера Мосса не возникало трудностей с обучением дельфинов каким-то действиям. Трудности появились только тогда, когда один из дельфинов должен был выглядеть обеспокоенным и напуганным. В конечном итоге Николсу удалось научить дельфина выглядеть испуганным. На что Мосс сказал, что если бы он попытался описать взаимосвязь, возникшую между дельфином и директором картины, его сочли бы сумасшедшим. Было принято решение после окончания съемок отпустить дельфинов на волю. Позже Николс рассказывал, что дельфины в любом случае не оставили людям выбора: как только были отсняты последние кадры с двумя главными дельфинами, они развернулись и уплыли в океан. Они сами сделали выбор, но сделали его только тогда, когда съемки закончились. Эту историю многие могут расценить как попытку сделать рекламу. Но те, кто получили опыт и ошеломляющие результаты от общения с животными на языке, который они понимают, кто имел счастье по-настоящему с ними подружиться, тот поймет, что в этом рассказе нет ни грана вымысла.

     Эта история напомнила мне события, произошедшие в 1970 году на Королевской выставке в Уэльсе. Общество любителей уэльских кобов попросило провести показ на главном ринге, а мне предстояло в конце показа провести специальную демонстрацию универсальности этой породы. У меня был небольшой неуклюжый взбалмошный конь по имени Трефейс Комет. Вне всякого сомнения, это была очень многогранная натура, и мы с ним были очень дружны. Для демонстрации мы подготовили несколько упражнений, в том числе фулл пасс, это когда лошадь переходит с одной стороны движения на другую боком. Обучая Комет этому упражнению, я подвел его к 4-футовому фашинному препятствию, затем боком провел его в одну сторону вдоль препятствия, затем в другую, и обратно. Я был очень доволен собой и решил повторить упражнение еще раз. Мы двигались боком вдоль препятствия, когда он сделал полшага назад, оттолкнулся и перелетел через препятствие. Я был уверен, что повторить это на Королевской выставке нам не удастся. В первый день выставки мы ожидали начала показа, когда Комет внезапно, без какой-либо подсказки с моей стороны, сделал фулл пасс в одну сторону, затем в другую. Таким образом, это вошло в программу показа. На следующий день меня заранее спросили, какие упражнения я собираюсь показывать. Комет уверенно вышел на ринг и сделал все в точности, как я сказал судейской коллегии. Кроме того, он сделал то, что я считал невозможным. Комет прыгнул высоко в воздух и в прыжке повернулся на 180 градусов. После его выступления раздались бурные аплодисменты, которые так понравились Комету, что он по собственной инициативе продолжил выступление, чтобы его еще раз поприветствовали. Он был очень резвый и горячий, поэтому я точно знал, что не смогу остановить его, если только пристрелить. Поэтому я не пытался контролировать его выступление, которое он закончил стремительным галопом прямо в сторону президентской ложи, напротив которой он остановился в последний момент, эффектно поднявшись в свечку. Я очень хотел, чтобы он именно так выступил, и он знал, чего я от него хочу, вот он и проявил инициативу. Это своего рода феномен, который становится возможным, если вы понимаете и знаете, как следует эффективно общаться с лошадью.

     В самом начале нашей деятельности в 1955-56 годах мы работали, в основном, с Плачущим Роджером и Корк Бегом. Это означает, что наши исследования были ограничены изучением знаков и звуков, присущих этим двум конкретным лошадям. Мы понимали, что коммуникативные функции лошадей гораздо шире, чем знаки и звуки, но мы начали с малого, пытаясь понять, что говорит лошадь, почему, как отвечает на знаки и звуки другой лошади. Эти знания должны были составить базис для будущей работы. Но вскоре для нас стало очевидным, что лошади используют одинаковые знаки и звуки для передачи большого количества сообщений. Поэтому мы пришли к заключению, что должно быть что-то еще, помимо знаков и звуков, чтобы конкретизировать передаваемую информацию. Этот неизвестный фактор мы назвали "отношение" или "ощущение". Гораздо позднее мы стали использовать термин "телепатия" и "экстрасенсорное восприятие". Мы пришли к использованию этих терминов только 10 лет спустя.

     Исследования коммуникативных функций животных начались сравнительно недавно, а вот знание и понимание языка животных существуют столько же, сколько живет на Земле человек. Примитивные племена гораздо в большей степени сегодня владеют этим знанием, чем люди цивилизованные. Лоуренс ван дер Пост в записках о жизни среди бушменов рассказывает, что шаманы могут войти в транс, пристально глядя на изображение антилопы. После этого они в состоянии указать место, где можно добыть антилопу. Другими словами, шаман входит в ментальный контакт с антилопой, находящейся в радиусе 10-15 миль, так что охотники могут легко ее найти и добыть пропитание для племени. Ван дер Пост называет эту способность эмпатией (сопереживанием). Мы же в нашей работе то же самое явление называем телепатией: способностью животных передавать друг другу мысленные образы. Наиболее современные исследования коммуникативной функции животных были ограничены изучением только одной стороны общения, как правило, изучением звукового общения. Это все равно, что пытаться выучить английский язык, уча только глаголы. Если мы хотим понять, что нам пытаются сказать лошади, и сделать так, чтобы и они нас понимали, мы должны пользоваться всем многообразием языка, а не частью его. Нам нужно научиться думать и реагировать как лошадь, порой идя наперекор собственному антропоморфизму, т.е. мы должны перестать приписывать животным человеческие черты. На самом деле, общаясь с лошадью, человек должен сам становиться наполовину лошадью. Однажды знаменитого укротителя львов Алекса Керра спросили, разрешит ли он своей дочери стать укротительницей гигантских кошек. И он ответил, нет. Затем он объяснил, почему: "Все очень просто. Для того чтобы быть хорошим дрессировщиком, необходимо думать как лев или тигр. Если она будет думать и действовать как лев или тигр, то эти животные будут воспринимать ее как льва или тигра. Когда же у нее наступит половое созревание, как это бывает и у людей, и у животных, зверь почувствует это. А как обычно лев выражает половое влечение: он хватает самку зубами за загривок. А когда это произойдет, лев просто сломает девушке шею". Это квинтэссенция изучения общения животных. Алекс Керр глубже любого человека на свете знает образ мышления кошачьих, а его книга "Без клетки" является уникальной.

     Не так давно был человек, который претендовал на умение общаться с животными. Это англичанин Арчи Делани, который долгое время выдавал себя за индейца полукровку по имени Серая Сова. Он написал две замечательные книги – "Сказки пустой хижины" и "Сашо и люди Бобра". Он был первым человеком, поднявшим голос в защиту природы, также он стоял у истоков организации современных заповедников. Несмотря на легкий привкус мошенничества, он все же был выдающимся человеком с точки зрения понимания диких животных, особенно бобров, по изучению привычек и моделей поведения которых он провел выдающуюся работу. Бобры настолько доверяли ему, что построили хатку прямо в его хижине, стоявшей на берегу озера. Арчи Делани заявил, что составил словарь языка бобров. К сожалению, мне не удалось заполучить хотя бы один экземпляр этого словаря. Из высказываний других людей я сделал вывод, что проку от этого словаря немного.

     Среди многих людей, встречавшихся с Арчи Делани, был мистер Джон Дифенбакер, который впоследствии стал премьер-министром в Канаде. Этот визит состоялся либо в конце 1935 года, либо в начале 1936. Когда он приехал в сопровождении нескольких человек, Делани сказал, что должен спросить у бобров, смогут ли они принять приехавших. Вернувшись, он сказал, что бобры готовы с ними встретиться. Конечно же, все это больше было похоже на цирковое представление, но, несмотря на некоторое притворство, Делани действительно совершил небывалый прорыв в изучении общения животных. Эти события имели место более чем за 20 лет до первых попыток общения с животными. К сожалению, его работа принесла слишком мало пользы. Я думаю, это в немалой степени обусловлено непробиваемым предубеждением ученых мужей против живой работы и исследований вне стен научного заведения. Но я уверен, что благодаря таким людям как Алекс Керр и Серая Сова мы стали понимать, какой дорогой нам надо идти в расширении наших познаний в области общения и поведения животных.

     Такой практический путь изучения очень труден, ведь для того, чтобы понять лошадь, надо стать лошадью, думать как лошадь, действовать как лошадь, и одновременно проводить аналитическую работу. Представьте себе, что нужно думать и действовать как животное, стараться прогнозировать их поведение и одновременно анализировать все это. Животным проще: они ничего не анализируют! Но мы никогда не были приверженцами традиционных исследований. Более всего мы заинтересованы в достижении большего понимания наших лошадей и надеемся, что наши последователи пожнут плоды того, что мы делаем сейчас. Для них это будет как эстафета – взять результаты работы, которую мы проделали, проанализировать их и провести те самые традиционные исследования на построенном нами базисе.

Категория: Литература. | Добавил: Lany (20.01.2008)
Просмотров: 1403 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Категории каталога
Большой конный мир. [12]
Ветеринария. [6]
Полезное. [11]
Литература. [116]
Подсказки начинающим. [3]
Разное. [0]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
www.filly.msk.ru Сайт посвящённый НХ
www.raiter.flyboard.ru Конно-тематический форум Raiter
www.prokoni.ru Сайт любителей лошадей
Лошади и конный спортRambler's Top100
Эквихелп - общество помощи лошадямGoGo.ru 
 
 
 
  
Gogo.Ru
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Мини-чат
500
Наш опрос
Чем вы занимаетесь с лошадью?
Всего ответов: 304
Copyright MyCorp © 2019